Про духовность и мыльные пузыри (библиотечная столица России – 2015)

Российская книжная палата

Мария Евгеньевна ПОРЯДИНА,
старший научный сотрудник Российской книжной палаты, Москва

Заседание секции детских библиотек началось с подробного доклада О.П. Мезенцевой (зам. директора РГДБ) о состоянии сети детских библиотек в стране, в котором было сказано, в частности, что за неполных 15 лет (с 2000 года) у нас – в результате закрытий или бессмысленных «слияний» – количество библиотек уменьшилось на 1042. На тысячу с лишним! Причём «оптимизировалось» от пятидесяти до трёхсот библиотек в год. И ни громкое имя, ни продуктивность деятельности, ни неоспоримые заслуги перед читательским и профессиональным сообществом не гарантировали и сегодня не гарантируют библиотеке никакой сохранности, никакой неприкосновенности.

Так, Псковская областная детская библиотека несколько лет назад была механически слита с областной юношеской, а теперь, согласно губернаторскому распоряжению, должна объединиться с областной научной библиотекой, что, конечно же, не пойдёт на пользу ни детскому, ни взрослому читателю в городе и окрестностях. И это Псковская детская, с интереснейшими традициями, с прекрасным директором и творческим коллективом, с огромным авторитетом, – библиотека, получившая всероссийскую и международную известность благодаря проектам, связанным с именем Каверина… Что уж говорить о менее крупных учреждениях, не имеющих моральной поддержки «Двух капитанов»!

При этом, что характерно, в детских и юношеских библиотеках увеличивается количество посетителей; однако библиотекари отдают себе отчёт в том, что это именно посетители мероприятий, а не читатели. А мероприятия в стенах библиотеки нынче происходят самые разные – как абсолютно и несомненно книжные, так и бесконечно далёкие от книжной культуры. Например, одна коллега с гордостью объявила, что в рамках «Библионочи» у них в библиотеке состоялось шоу мыльных пузырей. К сожалению, это символично.

Уже не раз я говорила, что меня – как книжного человека и читателя – невероятно удручает тенденция последних лет: пытаясь удержаться на плаву за счёт увеличения количества посетителей, библиотеки из кожи вон лезут, чтобы «обеспечить массовость». Но способствует ли это поддержке чтения и книжной культуры? Привлекает ли в библиотечные залы читателей – читателей, а не тусовщиков, которым просто нужно бесплатное помещение для более или менее осмысленных сборищ?

Хвастаясь увеличением количества посетителей, та же коллега сказала буквально следующее: «Они собираются в нашей библиотеке независимо от нас». Увы, это ли не расписка в профессиональной беспомощности?..

Библиотеки охотно пускают к себе любую внешнюю социальную активность – от привычных уже танцевально-рисовальных студий до курсов русского языка для мигрантов. Казалось бы, всё это хорошие и полезные начинания, но всё же встаёт вопрос: почему библиотеки берут на себя функции других учреждений, специально созданных для работы с талантливыми детьми или теми же мигрантами? Боюсь, потому, что такой подход позволяет библиотекарям переложить значительную часть работы, особенно организационной, на плечи «пришлых» устроителей, а самим при этом говорить об активности своей социально значимой деятельности (и успешно «отчитываться по цифрам»).

Характерный пример: областная детская библиотека в Ульяновске, в своё время сбросившая с себя ненавистное имя Ленина, а затем усердно боровшаяся за право носить имя Аксакова, ныне позиционирует себя как центр духовно-нравственного развития детей и молодёжи. «Не просвещения, а развития», – специально подчеркнула представительница Центра, заодно покрыв несмываемым позором тех несознательных граждан, которые «поддались оголтелой европейской пропаганде свободы слова» (дословная цитата) и потому нуждаются в духовно-нравственном воздействии. Фактически это означает постоянное присутствие православных священнослужителей в качестве организаторов и/или основных участников любого массового мероприятия в стенах бывшей библиотеки. И никого здесь почему-то не смущает то обстоятельство, что служители культа, даже при условии искреннего и твёрдого следования принципам нестяжательства и добротолюбия, рассматривают свою деятельность в стенах светского детского учреждения как миссионерскую, иными словами – занимаются религиозной пропагандой. Не секрет и то, что большая часть православной «учительной» литературы, адресованной детям, отличается отнюдь не художественными достоинствами, а их отсутствием.

Естественно, «отжигают» не только православные, но и вполне светские коллеги. Одна библиотека рассказывает о функционировании детского клуба «Правовёнок» (голос из зала: «Какой-какой вовёнок?»), другая – о деятельности «Консалтинг-центра эстетического воспитания» (уже из названия понятно, что с эстетикой у людей проблемы); третья – об акции «Поменяй сигарету на конфету» (оригинально: конфетой награждается не тот, кто не имеет вредной привычки, а никотинозависимый обладатель «лишней» сигареты), четвёртая – о проекте «Дочитаться до “звезды”» (подразумеваются «звёзды» эстрады и телеэкрана, иными словами – те ещё образцы для подражания). Возможно, все эти «творческие находки» позволяют библиотеке увеличить посещаемость и в очередной раз «отчитаться по цифрам», но если смотреть фактам в глаза – всё это лишь «шоу мыльных пузырей», как бы обидно это ни звучало.

И самое обидное в том, что никакое шоу, каким бы массовым оно ни оказалось, не спасёт детскую библиотеку от закрытия. Как бы ни старались детские библиотеки приспособиться к «требованиям времени», прикидываясь «интеллект-центрами» или «уголками семейного досуга», превращаясь в учреждения социальной защиты населения или клубы по интересам, – всё это бессмысленно и безнадёжно.

Понятно, что в каждом городе и в каждом регионе свои проблемы, в том числе финансовые, и что от произвола местных властей и от неразумия чиновников не застрахован никто. Но опыт немассовых библиотек – научных и специализированных – показывает, что уникальное учреждение, не имеющее аналогов, «взять и закрыть» (или «оптимизировать») гораздо труднее, чем «центр развития того-сего» на базе обычной детской библиотеки. Есть основания предполагать, что в обстоятельствах массового давления на культуру и при прочих равных условиях выживет только та библиотека, которая найдёт возможность сохранить своё библиотечное лицо – ту особость, которая отличает именно «книжное хранилище» от множества культурно-досуговых, учебно-воспитательных и развлекательных учреждений.

[1] Текст написан «по следам» заседания секции детских библиотек на Ежегодной конференции РБА в мае 2015 года в Самаре; автор – член Постоянного комитета секции.

Комментарии:

  1. Безусловно, с Марией Евгеньевной нельзя не согласиться в ряде аспектов — это и потеря «особости» и индивидуальности библиотеки, и бесконечные, как сказал сам автор, «шоу мыльных пузырей» в погоне за читателем. Да, действительно, всё это заставляет задуматься — а на правильном ли мы пути?
    Но с другой стороны, современные библиотечные тенденции говорят о том, что библиотекари в поиске, они пробуют, экспериментируют, меняют. А ведь, согласитесь, это гораздо лучше, чем ничего не делать, а только сокрушаться, что читателей всё меньше, а риск закрытия дверей книжного дома всё выше. И кто сказал, что сегодняшний потребитель «шоу мыльных пузырей» не станет завтра нашим читателем? Ведь и такая вероятность существует. И более того, она подтверждается и на практике. Разве так уж плохи небиблиотечные или околобиблиотечные мероприятия и события, если они позволят приблизить и к книге — не всех, но хотя бы одного (что тоже уже большое дело)?!

Добавить комментарий